НАША БИОГРАФИЯ

 

начала было СЛОВО. И слово было – НЕМЕЦКАЯ ОВЧАРКА. Мечта. Заветная и неосуществимая, потому что родители категорически не хотели собаку в доме.

Можно было бы смириться с прискорбным фактом и ограничиться собиранием календариков с собачьими «лицами» и чтением книг по собаководству (ассортимент которых в 70-е годы прошлого столетия ограничивался душещипательными рассказами Бориса Рябинина и досаафовскими изданиями по дрессировке и содержанию служебных собак). Но… Терпение не входит в перечень моих добродетелей. Если нет выхода, то ищите вход! Этим принципом я руководствовалась в детстве, не отказываюсь от него и теперь. В Клуб записывали только с 14 лет, причем исключительно с разрешения родителей. Записка от них, состряпанная взрослой (15-летней) соседкой, состарила меня на год и позволила войти в круг избранных. На сэкономленные от школьных завтраков и от продажи морских свинок деньги была куплена моя первая СОБАКА. Это была овчарка, восточница, довольно скромного экстерьера, по кличке Фортуна, но именно она стала для меня и самым лучшим учебником по собаководству, и самым лучшим другом, и сосредоточием всех моих желаний в то время. С ней мы сделали свои первые шаги в дрессировке и научились основам кинологии.

«Ходить, курить и говорить я начал одновременно». Это не про меня. Я смогла больше. Учеба в институте, падение в пропасть замужней жизни и рождение сына совпали по времени. Свободных минут и квадратных метров катастрофически не хватало; муж, абсолютно девственный в вопросах собаководства, собирался оставаться таковым и впредь. Правда, на свадьбе он давал торжественное обещание завести не менее двух овчарок для любимой жены, но, спустя непродолжительное время, он так же торжественно отперся от всех своих обещаний и нахально не желал обременять себя четвероногими проблемами. И все же: Если нет выхода – ищите вход! После очередного категорического НЕТ, я потеряла дар речи. На полтора месяца. Супруг, забыв по мужскому обыкновению о причине ссоры, не находил себе места, пытаясь избежать ее последствий. Когда, вернувшись с работы, он в очередной раз взывал к моей совести, разуму и чувствам, я показала ему на угол, где на новом коврике лежал абсолютно новый член семьи, зонарно-рыжий щенок немецкой овчарки, купленный на деньги, сэкономленные на стипендии. Нужно ли говорить, что он был принят в дом сразу, без каких-либо условий, оговорок и споров!

Так в 1986 голу, в мае, вошла в нашу семью Нертис, немецкая овчарка ГДР-ошного происхождения (Пеле ф. Хаус Мартхольд – Шеля, дочка Клиффа ф.д. Ляйне Квелле). Большая, костистая, с объемной головой, высокой холкой, широкой и глубокой грудью, с хорошими углами переда, но с умеренными задними конечностями, длинной поясницей и скошенным крупом, эта собака не «звездила» на выставках, ее стабильной оценкой было «очень хорошо». Но зато рабочие качества Нерки были безупречными. Очень злобная и недоверчивая к чужим, она прекрасно работала по защите. Фигуранты, знакомые не понаслышке с ее каменными челюстями, не горели желанием «надеть дрессочку», когда Нертис выходила работать. Однако эта злобная фурия, выполняла любое приказание 4-летнего Максима, возила его на санках и послушно шла рядом с ребенком на поводке, приспосабливая темп движения к его детским шагам.

Дрессировка с этой собакой стала для меня наслаждением! Для нее же процесс обучения был хлебом насущным. Казалось, что овчарка знает даже то, чему ее никогда не учили. Во всяком случае, она улавливала из потока речи множество слов, которые не входили ни в один норматив по дрессировке, а многие навыки были усвоены с первого раза, без повторов и «репетиций». Сейчас, за давностью лет, мне самой это кажется фантастикой, но титул Чемпиона Хабаровского края по ОКД и ЗКС, первая степень по БЛ, РС, РРС, владение навыками Спасения на водах – это реальность, а «иконостас» медалей по дрессировке впечатлял даже кондукторов в переполненном автобусе.

Не обладая «козырной» внешностью, Нертис оказалась превосходной племенной сукой. Ее трижды вязали в Эстонии (с Киралидомби Голдом, Хардтом с Генту и Вирнхейми Альдо), и потомки ее детей от этих сочетаний до сих пор живы. К сожалению, трагическая случайность оборвала жизнь этой замечательной собаки. Она не прожила и пяти лет. Мне до сих пор больно говорить об этом.

1990 год. У нас появилась Фэзи (Минго ф. Арминиус – Ралле ф. Хаус Гольдшмидт). Увидев эту собаку, я влюбилась в нее с первого взгляда! 9-месячная сука, рожденная в Чехословакии, круто замешанная на самых знаменитых тогда кровях ФРГ, имеющая в 3 генерации своей родословной Лассо ди Валь Золе, Телля ф. Гроссен Занд, Зорро ф. Хаус Бекк и Мека ф. Арминиус была настоящей звездой. Я даже не про анатомию, хотя ее экстерьер позволил бы занимать собаке, рожденной в 1989 году, места в первой десятке на любой современной выставке (можно поставить ей в упрек лишь выпрямленный угол плеча и слегка скошенный круп). Столько шарма, элегантности, смешанной с нахальством и высокомерием трудно встретить в одной, отдельно взятой особи. Шелковая нарядная шерсть с блеском, яркий красно-коричневый подпал, широкие движения – это заставляло людей оглядываться нам вслед. Заводчик не хотел продавать собаку. Три дня велись переговоры, я страшно надоела любезным хозяевам своими мольбами, но, в конце концов, крупная сумма решила вопрос о продаже. На эти деньги можно было купить в то нищее время слегка подержанные Жигули. Впрочем, уже через год, в Днепропетровске, мне запорожцы предлагали за Фэзи новую «восьмерку». Это так, к слову. Собака пришлась, что называется, «ко двору». Даже Нертис не обижала нового члена семьи, приняв ее в качестве младшего члена стаи. Когда, в 1991 году, Нерки не стало, только Фэзькино присутствие и сочувствие к ее неподдельному собачьему горю помогли нам перенести эту утрату.

Из симпатичного обаятельного подростка собака превратилась в звезду рингов. Фэзи не прославила нас на дрессировочной площадке. Наоборот, лентяйка и притвора она была страшная, поэтому, сдав обязательные ОКД и ЗКС на 2-ю степень, мы махнули на обучение рукой, отдав все свое внимание выставкам, ставшим для нас, неизбалованным прежде выставочной славой, чем-то вроде первого бала для Золушки. Собака успешно выставлялась в Борисове, Днепропетровске, Санкт-Петербурге (тогда еще Ленинграде), Москве, Владивостоке, получала стабильно высокие оценки у Лукбауэра, Эрикссона, Ляйке и множества других отечественных и зарубежных экспертов. Я пыталась «расти» вместе с собакой – сдала очередные экзамены, прошла десятки стажировок и получила звание эксперта. Именно тогда, в 1992 году, родился наш племенной питомник, вместе с великолепным пометом от Андерла ф. Норикум. Хотелось, чтобы название отражало и немецкую ипостась, и русское происхождение. Модным в 90-е годы было давать немецкие клички овчаркам и немецкие названия питомникам. Поэтому сразу было решено назвать «гнездо» по-немецки. Символом Хабаровска, его историческим памятником, местом, где когда-то высадились амурские казаки и заложили форт, является смотровая площадка в виде полукруглого архитектурного сооружения, прилепившегося к высокому утесу над Амуром. Называют ее Ласточкиным гнездом, а по-немецки это звучит как ШВАЛЬБЕННЕСТ. Оттуда «вылетели» такие «ласточки» нашего разведения, как «отборник» Швальбеннест Кейрос – Победитель первой специализированной выставки в Санкт-Петербурге, Лучшая сука Дона, Швальбеннест Квинн, Чемпионка России, Швальбеннест Ерле и множество других хороших собак. Дав три отличных помета, Фэзи дважды заслуженно получила титул Лучшая племенная сука ДВ.

Вместе с овчарками в доме долгие годы (13 лет) жила сука ротвейлера, Нэвиш Бонпарфи (Нюша), замечательная и добрая собака, ангел-хранитель и нянюшка не одного поколения молодых Швальбеннестов.

После смерти Фэзи в питомнике появилась ее внучка, дочь Кейроса – Крейзи, от которой была оставлена Швальбеннест Ерле (Ариша). Она является базовой сукой нашего питомника. Красивая, преданная и послушная, она уже в два года закрыла титул Чемпиона России. В питомнике живут две ее молодые дочери – Норвегия и Арабеска. (Подробнее об этом в разделе «Собаки питомника»).

В 2002 году в хабаровском питомнике Аксельбруннен был рожден помет от Ганди фон Арлетт и Йошиды ван Ноорт. Нами был закуплен кобель из этого питомника, Аксельбруннен Даггерт, который стал гордостью как своего заводчика, Натальи Хромовой, так и славой нашего питомника. Сейчас здесь подрастает его дочь от Далилы ф. Фимерек – Торнадос Оствинд Стихия. Даггерт – собака, о которой можно только мечтать! Он доброжелательный и контактный, при этом весьма доминантный и самоуверенный. Он КОБЕЛЬ в самом сокровенном смысле этого слова – МАЧО! Ни при каких обстоятельствах не демонстрирует страха или нерешительности. Дома его называют Царь домашних зверей. И действительно – это его статус. Он твердой лапой держит дисциплину в своей стае, хотя играет, как щенок, с маленькой Стешкой. В свои четыре года Даггерт имеет все титулы, которые может иметь собака такого уровня – Чемпион РСВНО, Чемпион России, Чемпион РКФ, Грандчемпион.

Но любим мы Догги не за его регалии и доблести! Просто – он умный и нежный! Просто он наивный и мудрый! Просто – это Собака нашей мечты! О такой, наверное, мечтает любой! И такие у нас ВСЕ! Ариша – индивидуальность и Личность! Нора – олицетворенная преданность и услужливость! Бася – бесшабашность и отвага! Стешка – доверчивость и еще детская непосредственность!

Связав свою жизнь с овчарками, мы никогда не пожалели об этом. Мое твердое убеждение – СОБАКИ ЭТОЙ ПОРОДЫ ПРОДЛЯЮТ ЧЕЛОВЕКУ МОЛОДОСТЬ, помогают уйти от стресса, гиподинамии, житейской скуки. В жизни случается много страшного и горького. Собака поможет выйти из тупика, не даст ни малейшего шанса для малодушия или безумия. Когда грустно – в лицо заглядывают встревоженные вопрошающие морды. Когда весело – они с радостью принимают участие в любой тусовке. Вся стая с радостью сопровождает нас на прогулках в лесу и с веселым визгом купается в Амуре. И мы очень благодарны нашим животным, потому что рядом с ними чувствуем себя ЛЮДЬМИ.

Заведя овчарку, вы можете проститься со спокойной «диванной» жизнью, забыть про отпуск на «теплых морях», но зато вам повезет навеки приобрести такие «богоугодные» качества, как добросовестность, долг и чувство ответственности. Уж мы-то об этом знаем не понаслышке! Это неоспоримый факт нашей биографии!


 

 

Design by Leia